Einstein World

веб-сайт Черненка Евгения

Данная история произошла в одной из воинских частей Ленинградского военного округа в конце 80-х. Служил там один офицер, у которого по некоторым причинам не сложились отношения с замполитом части. В итоге замполит добился перевода этого офицера в другую часть. Перед увольнением тому было необходимо заполнить обходной лист, короче, проставить кучу всяких отметок, типа “сдал-принял”, “состоял”,
“не привлекался” и т. д. В первую очередь офицер сдал табельное оружие, а обходной лист для удобства положил в кобуру. К замполиту за подписью ему идти, естественно, не очень хотелось, но было надо, поэтому решено было оставить замполита “на потом”.
И вот финал этой истории. Открывается дверь кабинета замполита, и оттуда появляется увольняемый по вине последнего офицер с мрачнейшей рожей.
Произносится фраза: “Ну ты у меня последний остался”, и рука тянется к кобуре, в которой лежал обходной лист. Опешивший замполит не долго думая выпрыгнул в окно с третьего этажа и сломал себе ногу. В итоге после возвращения из больницы пришлось увольняться и замполиту, не вынесшему всеобщих насмешек.


Люблю наших людей, их поведение нельзя предугадать :) .
Истории @Mail.ru. Рассказала Анька.

Когда-то мой друг Дима жил в Иркутске и был не кем-нибудь, а целым командиром экипажа большого пассажирского самолета. Два раза в неделю
Дима летал в Москву и считался первым парнем в городе, но об этом в другой раз, а сейчас обрисую для вас одну из многих его авиационных историй: Уставшие, но довольные члены экипажа, опытными руками и ногами продвигали самолет все ближе к родному дому. Все по плану и в штатном режиме, до посадки минут пять. Мужики уже почувствовали себя дома и расслабились… а зря.
Дима возьми да ляпни:
- Этот хренов Шмарко, премии меня лишил за нефиг… Вот же сучий потрох!
А Шмарко, надо сказать, — это начальник их отряда. Его все без исключения боялись и ненавидели.
Второй пилот, невзначай подхватил:
- И не говори, скотобаза! Обещал мне отпуск, а когда я уже путевки купил, этот говнюк Шмарко видно позавидовал и не пустил… Чтоб его земля выбросила!
Третий:
- А мне он вставлял палки в колеса на переаттестации: «Зачем тебя переаттестовывать, ты и так неплохо живешь, вон себе, смотрю, новую машину купил у меня такой нет». Ну не ублю…
И тут все трое замерли и похолодели.
Они поняли — это их последний в жизни полет (не пугайтесь, в качестве пилотов последний… ) Дело в том, что этот Шмарко каждый раз после приземления самолета, изучал по «черному ящику» действия экипажа для последующего разбора полета, и как следствие взбучки…
Ясно, что когда начальник прослушает все эти разговоры, то бедные летчики не успеют написать заявления по собственному.
Но оставалась еще одна маленькая лазейка: запись голосов членов экипажа длится полчаса, а дальше начинает затираться начало и так непрерывно. В результате всегда есть последние 30 минут разговоров в кабине.
Наши славные парни влезшие по уши в дерьмо, молча переглянулись, кивнули друг другу и ну давай играть в игрушки:
- Земля, земля, я борт такой-то. У меня нештатная ситуация, садиться пока не могу!

Как-то ко мне во двор забрел старый, устало выглядящий пес. На нем был ошейник, и пес был весьма упитанным, так что я понял, что он не бездомный и за ним хорошо ухаживают. Пес спокойно подошел ко мне, я погладил его по голове; затем он зашел вслед за мной в дом, медленно пересек прихожую, свернулся калачиком в углу и уснул. На следующий день он пришел снова, поприветствовал меня во дворе, опять зашел в дом и уснул на том же месте. Спал он примерно час. Так продолжалось несколько недель. В конце концов мне стало интересно, и я прикрепил к его ошейнику записку следующего содержания: "Хотелось бы знать, кто хозяин этой прекрасной собаки, и знает ли он (то есть вы), что пес практически каждый день приходит ко мне вздремнуть?" На другой день пес пришел снова, и к его ошейнику был прикреплен следующий ответ:
"Он живет в доме, где растут шестеро детей, двоим из которых не исполнилось еще и трех лет. Так что он просто пытается где-нибудь отоспаться. Можно я тоже приду к вам завтра?"


Как прекрасна эта жизнь, не правда ли? :) Желаю Вам высыпаться!
Говорим "спасибо" историям @mail.ru и рассказавшему историю Степану.

Подруга рассказала, как два её друга однажды пришли к ней на день рождения в костюмах Остапа и Кисы. И, когда они уже утром уходили и перелезали через забор, около них остановилась брутальная тачка с тёмными стёклами. Стекло водителя чуть опустилось.
- Вы кто? — спросили их из оконной щели.
- Остап и Киса, — ответили они.
И подумали: "Сейчас будут бить". Окно ещё немного приоткрылось, из него высунулась рука с татуировкой ЛЁХА на пальцах и с цепочкой толщиною в канат на запястье. Рука протянула им тысячу рублей.
- Это на ремонт провала, — сказали им из машины.


Истории @Mail.ru. Рассказал Август.
Расскажите, а что подобное видели в жизни Вы?

Лет 10 назад или чуть более того мне довелось наблюдать любопытную картину на Рублевском пляже, что находится в зоне Московского региона.
Лето тогда стояло немыслимо жаркое – казалось, что жарче уже и не бывает: никто ж тогда предположить не мог, что будет твориться в 2010 году. Все пляжи были, естественно, забиты до отказа, и, соответственно, утопленников насчитывалось по нескольку штук в день на одном только этом самом Рублевском пляже. Осводовцы беспрерывно разъезжали вдоль береговой линии на катере и, не щадя горла, орали в рупор, чтоб никто не заплывал за буйки. Но времена на дворе стояли либеральные, и их никто не слушал.
Не слушал их и тот паренек, который уверенным кролем проплыл мимо буйков и устремился к самому центру акватории. В этом месте разлив Москвы-реки, связанный с Рублевским водохранилищем, был очень широк, и этот парень, явно хороший пловец, мог отвести здесь душу и продемонстрировать всему пляжу свое мастерство. Ему несколько раз приказывали вернуться к берегу, но он на призыв осводовцев не реагировал и продолжал красиво плыть в сторону большого острова, находившегося посреди водохранилища (сейчас этот остров внаглую застроен чьими-то частными усадьбами).
И тогда осводовцы устремились за ним в погоню, но почему-то не на катере, который продолжал курсировать вдоль пляжа, – от берега отделилась обычная весельная лодка под осводовским флагом с тремя здоровенными мужиками. Поскольку гребли они парню наперерез и в четыре руки, то догнали его очень быстро. Они что-то сказали пловцу – видимо, предложили вернуться по-хорошему, но тот продолжал равномерным кролем уходить в сторону острова.
И тут произошло неожиданное. Третий мужик, что был не на веслах, поднял со дна лодки запасное весло и хорошенько огрел нарушителя аккурат по макушке, и тот тут же ушел под воду. Как только его голова вновь показалась на поверхности акватории, он опять получил не менее увесистый удар в ту же часть тела и вновь ушел на глубину.

Однажды мы всей семьёй папа-мама-я крупно опаздывали на самолёт из-за какой-то заморочки, которую я устроил в качестве двухлетнего ребенка.
Когда родители ворвались со мной наперевес в аэропорт города Красноярска, наш самолёт уже выруливал на взлётно-посадочную полосу.
Отца это не смутило – большой и внушительный в своей офицерской шинели, он коротко скомандовал диспетчеру остановить самолёт и понёсся вдогонку по рулёжной дорожке с пузатым чемоданом в одной руке и со мною в другой.
Потрёпанный, битком набитый чемодан не выдержал перегрузок при ускорении — у него отлетела ручка. Отца это смутило ещё меньше – он схватил здоровенный чемодан подмышку и побежал ещё быстрее. Следующим не выдержал шов бокового отделения – из него полетели вещи, а также выпрыгнул металлический ночной горшок, предусмотрительно привязанный мамой к чемодану за верёвочку, почему-то длинную. От удара о бетон от горшка отлетела крышка. Она тоже оказалась привязана верёвочкой, но уже к горшку. Вся эта многоступенчатая конструкция, включая папу, дико запрыгала по бетонке, издавая оглушительный грохот.
Мама неслась далеко сзади, подбирая обломки чемоданокрушения.